?

Log in

Черный камень. Глава 5 (конец)

Добавил конец главы 5, на который вчера совсем сил не хватило.[Spoiler (click to open)]
Московская территория. Элитный загородный поселок «Новый мир».

После разговора с кардиналом Кулагиным Фабиано Галло решил провести свое собственное расследование. Для начала он посетил элитный загородный поселок «Новый мир», место жительства семей клана Чеккарелли. Прибыв по месту назначения, Фабиано сразу пошел к дому своего основного и единственного конкурента. Пока он шел по широкой аллее от ворот до подъезда, то ловил на себе ошарашенные взгляды охранников, те не знали, что делать с неожиданным гостем, а приказа от хозяина почему-то все не было. Его собственные телохранители, оставшиеся за воротами особняка, также не знали, что им делать — босс отдал им свое оружие и строго запретил заходить на территорию, что бы там не происходило. Таким образом две группы вооруженных по самые уши людей стояли друг напротив друга и ничего не делали: одна группа из-за отсутствия приказа, а вторая из-за наличия. Тем временем Фабиано Галло, последний выживший наследник Эрнесто Росси, в одиночестве, пешком дошел до дома Чеккарелли, вежливо улыбнулся охранникам и попросит доложить хозяину о своем визите.
Эдоардо Чеккарелли принял конкурента в гостиной.
Он не стал приветствовать нежданного гостя, не подал Фабиано руки, не стал интересоваться его здоровьем или выражать соболезнования по поводу преждевременной смерти Лоренцо Грилло. Он просто вошел в гостиную, молча кивнул на кресла у пылающего камина, уселся в одно из них, кутаясь в толстый, подбитый мехом восточный халат и, глядя на огонь, негромко заметил:
— Осенью всегда мерзну. Кости так и ноют. Зимой или весной никогда не мерзну, а вот осенью — постоянно.
— Наверное, потому что осенью влажно очень, — подумав, сообщил Галло и уселся в предложенное кресло.
— Нет, совсем в другом. — Чеккарелли поерзал, устраиваясь в кресле поудобнее и протягивая ноги к огню. — Это у меня после каторги. Никак с тех пор не могу согреться.
В юности, до того, как стать главой самого крупного клана мафиозного синдиката, Эдоардо провел на каторге шестнадцать лет и знал, что говорил.
Галло последовал примеру хозяина, с удовольствием ощущая ногами тепло горящих поленьев, и сразу перешел к делу:
— Лоренцо ты заказал?
Чеккарелли весело улыбнулся.
— А если я, ты тогда зачем пришел? Решил мне задачу упростить?
Галло еле сдержался, нервы уже были на пределе.
— А бойню в «Кристалле» случайно не ты заказал?
— Знаешь, Фабиано, — вздохнул старик, — у тебя сейчас проблемы. Много проблем. У меня есть проблемы. Сейчас у всех много проблем. Но если ты продолжишь разговаривать таким тоном, то тебя отсюда выкинут. Ты сейчас не воин, ты сейчас проситель, поэтому веди себя соответственно. Если ты хочешь договориться, то умерь свою гордыню, и мы поговорим. Если нет, тебя проводят к выходу. Я учту твою сегодняшнюю храбрость, и ты и твои люди уйдут отсюда живыми.
— Шесть лет назад, — начал произнес Галло, — ты тогда скрывался под тенью Везувия от искавших тебя пасторов и еще не был главою клана. Несколько моих ребят поехали на разборки к одной банде, они были из новеньких, не входили в синдикат. Они решили забрать часть нашей территории, по этому поводу, как ты сам понимаешь, возникли очень серьезные разногласия. Все было как обычно: три экипажа, куча оружия, даже шутили перед отъездом. Парни даже планы на вечер строили. Я думаю, что те новенькие готовились так же.
— И что?
— О месте стрелки узнали пасторы и отправили туда Артема Коновала и его головорезов. — Фабиано вытащил из кармана носовой платок и громко высморкался. — Они покрошили всех: и моих ребят, и новеньких. Трупы так и не опознали, там была просто гора мяса, даже круче чем в «Кристалле». Там было два моих двоюродных брата.
— Я знаю кто такой Коновалов. Зачем ты мне это рассказываешь? — буркнул Чеккарелли.
— Я сегодня говорил с Кулагиным, он сказал, что если начнется война, то тогда он спустит на меня этого самого Артема.
— Если твои парни обвиняют меня во всем, что произошло в последнее время с вашим кланом, — скривился Чеккарелли, — то это исключительно твоя проблема. Ты им напомни о Коновалове и чем он знаменит. Я думаю, это слегка умерит их пыл. У тебя все?
— Я не знаю, что ты затеял, — ответил ему Галло, — но если мы начнем войну, то пасторы не будут разбираться, кто виноват, а кто нет. Они нас всех уничтожат и сложат в огромную гору мяса. И если тебе повезет, и ты сбежишь, то будешь до конца жизни сидеть в тени Везувия и ждать, когда за тобой придут.
Старик молчал.
— А еще Кулагин сказал, что нас хотят стравить. — Фабиано снова достал платок и громко высморкался. — Не хватало еще заболеть. Так вот, я ему верю. Потому и пришел. Проверь информацию по своим каналам, Эдоардо, ты ведь знаешь Кулагина — он честный пастор, ему можно верить.
Несколько минут старик молчал, разглядывая языки пламени, пляшущие на поленьях, затем он поднялся и, стоя спиной к Фабиано, сказал:
— Я проверю твою информацию. И если найду заказчика, то дам тебе знать. — Он сделал шаг к дверям, но остановился и добавил: — Я не заказывал Лоренцо Грилло и разгром «Кристалла», но я догадываюсь, кому это было выгодно.

Comments